Есть во Флоренции небольшой монастырь Сан Марко. Сначала был он собственностью монахов-сильвестринцев, затем был передан Доминиканскому братству. Жили там Святой Антоний и замечательный художник раннего Возрождения Фра Беато Анджелико.
А еще там жили и водили знакомство знаменитый Джироламо Савонарола и некий грек Михаил Триволис.
Первый, благодаря проповедям, собиравшим весь город, а также сбывающимся пророчествам, был назначен настоятелем этого монастыря. Удивительный, но известный факт, что после речей Савонаролы дамы перестали надевать украшения в церковь, а купцы делились нажитым добром. По предложению Савонаролы государственное устройство Флоренции было полностью реорганизовано. Отнятые у Флоренции города (кроме Пизы) были ей возвращены.
Понятно, что такая деятельность во благо отечества не могла остаться безнаказанной. Монастырь был осажден, Савонарола брошен в тюрьму, где в перерывах между пытками продолжал писать книги, затем повешен, тело сожжено (по другим данным, он был сожжен живьем).
Затем учение его, как полагается, было оправдано, в честь него есть церковная служба, стоит памятник в Ферраре.
А что же его сосед по монастырским стенам? Он уезжает в монастырь на Святой Горе Афон, возвращается в православие, принимает постриг и становится монахом. Оттуда его уже по приглашению Василия III отправили в Москву. Не знающего языка – но с задачей переводить и править священные книги.
И стал Михаил Триволис преподобным Максимом Греком, знаменитым русским богословом, философом, филологом и публицистом. В 1988 году он был причислен к лику святых…
Как же сложилась в России жизнь грека, учившегося во Флоренции и общавшегося с Савонаролой? Нелегко, конечно.
Прибыв в Москву в 1518 году, Максим Грек при виде великокняжеской библиотеки с удивлением отметил, что такого изобилия рукописей нет ни в Греции, ни в Италии. Поселился он в Чудовом монастыре в Кремле, занимался первоначально переводами священных текстов. Затем сам начал писать, сохранились его труды (около 150 сочинений).
Всякая инициатива наказуема, а уж писать книги и вразумлять – прямой путь попасть в опалу...
Первое осуждение на соборе он получил, потому что выступил против развода Василия III с Соломонией Сабуровой и женитьбы царя на Елене Глинской. Затем его обвинили в ереси и даже измене, Максим Грек был осужден и заточен в Иосифо-Волоколамский монастырь. Затем он был снова осужден по обвинению в волшебстве и чернокнижии, а также в нестяжательстве. Максим Грек в своих проповедях и публицистических статьях поддерживал нестяжателей, выступая против накопления церковью богатств за счет крестьянства, чем вызвал гнев духовенства.
«Меня морили дымом, морозом и голодом».
Собственно, всю оставшуюся жизнь пробыл Максим Грек в заточении, только в 1553 г. его перевели в Троицкую лавру, там же он и нашел упокоение. Тем не менее, стал Максим Грек авторитетнейшим православным мыслителем, даже Иван Грозный не раз приезжал к нему за советами. Вряд ли пользовался ими, конечно… Известно, что в этом же году Иван Грозный, отправляясь на богомолье, посетил преподобного Максима Грека, который посоветовал ему заменить обет богомолья более богоугодным делом – заботой о семьях павших под Казанью воинов.
Савонарола как обличитель людских пороков остался на всю жизнь идеалом Максима. О судьбе Савонаролы Максим Грек напишет в своей книге «Повести страшной и достопамятной...». Многие исследователи сравнивают эти две судьбы. И даже называют Максима Грека русским Савонаролой. Много общего прослеживается в жизни двух соседей и знакомцев, однако судьбу Максима Грека можно все же назвать более благополучной...
Сам грек, ставший русским, обрушивался на всяческого рода злоупотребления, дурные нравы, астрологию («лжесловцы звездочетцы»), уже тогда вовсю морочащую головы гражданам.
А также на прочие известные всем нам пороки: «Не достойно ли слез, что некоторые обрекаются не есть мяса в понедельник ради большого спасения, а на винопитии сидят целый день и только ищут, где братчина или пирование, упиваются допьяна и бесчинствуют; лучше бы им отрекаться от всякого пития, потому что лишнее винопитие – причина всякому злу; от мясоедения ничего такого не бывает».
Канонизирован Русской православной церковью в 1988 году – в год празднования 1000-летия Крещения Руси.
День памяти 21 января (по новому стилю 2 февраля).
